Бишкек - 22 июля /KGinform/. В Кыргызстане, как и во всей России, отмечают царские дни. Именно в июле 1613 года первый из династии Романовых венчался на престоле в Успенском соборе Московского кремля.
Епископ Бишкекской и Кыргызстанской Феодосий, проявляя изрядную активность, сумел открыть экспозицию в музее епархии, где представлены документы и фотографии уважаемых людей Пишпека и Семиречья, побывавших на торжествах в Санкт- Петербурге. Было это в 1913 году. Царь Николай II с размахом отмечал 300 лет собственной династии.
Но, как замечено, в истории не принято вспоминать старика, который спас династию, благодаря которому она вообще смогла состояться.
Закончились смутные денечки. Пришла пора выбирать настоящего царя. Разослали глашатаев по Руси с грамотами, чтоб «лучшие из лучших и разумных» прибыли на Москву царя выбирать. Собрался люд на кремлевской площади и давай спорить и драться. Каких фамилий только не кричали? Загодя подговоренные бояре стали хитро предлагать отдать престол шведскому царевичу Филиппу или польскому Владиславу. «Мы мол, русские дураки, сами не справимся, Рюриковича позвали, теперя Филиппку кликнем».
Большинство голосов крикнуло Мишу Романа. На том и порешили на Земском соборе. Миша был сыном митрополита Филарета, который находился в польском плену. Все доводы говорили в его пользу: фамилия у него знатная, по родству ближе всех к прежним царям – он племянник первой жены Ивана Грозного Анастасии, годочками мал – надолго хватит, 16 ему.
Жил Миша в ту пору со своей мамкой игуменьей Марфой в Ипатьевском монастыре возле Костромы. Жил тихо, учил арифметику, закон божий, письмо. Миша был ума живого, схватывал быстро. И вдруг, в один час все его мирное, сонное житие рухнуло комом с горы. Приехали посольские с грамотой, объявили собираться в путь. Нынче Михаила Федоровича выбрали царем на Руси.
Миша плакал, ногами топал: «Как же царем маменька, не хочу в цари! Боязно мне. Хочу с Машуткой Охлопковой хороводы водить, да по грибы бегать». Инокиня Марфа на послов посохом стукнула: «Не отдам сына, знамо мне, как там, на Москве живут, натерпелись от Бориски Годунова! Не быть Мишке царем!»
Ушли послы, успокоились сын с матерью, но сердце Марфе подсказывало – вернутся дети Иродовы, ох вернутся...
Примерно в это же время из леса на околицу деревни Деревище вышел вооруженный отряд поляков. Возле крайней покосившейся избы заприметили они старика, в навозе ковыряющегося.
– Эй, старче, ведомо ли тебе, где в этих краях Ипатевский монастырь?
– От чего ж не ведомо, ведомо. Идти надо в лес до просеки, там глянуть, куда солнце падает и прямо, – ответил старик с подчеркнутым уважением, а сам смекнул: неспроста чужаки в монастырь путь держат.
– Есть ли на деревне человек, кто дорогу укажет?
– От чего ж нету, есть. Я и укажу. Вы в избу проходите, щей отведайте, а я лапти болотные надену, да посох возьму. Зашли поляки в избу, а там дочка старика с зятем стол собирают к обеду.
Вызвал дед зятя в сени и говорит: «Беги напрямки в монастырь, сыщи игуменью Марфу, да скажи: поляки идут Мишу убивать. Пусть в монастырских погребах спрячутся».
Дед верно разгадал замысел чужаков заморских. Послал король Сигизмунд людей убить претендента на престол. Были у него на Русский престол другие планы. Ночами не спал, только и думал, как бы сына своего Владислава на Москве главным сделать. Ну, тогда держись Европа!
Похлебали поляки щей деревенских, да в путь отправились. Не любил старик поляков. Знавал он этот народец, когда в ополчении у Минина служил. Все у них «пше», да «пше», а сами лукавые да дерзкие.
Чем дольше идут, тем лес дремучее становится, да болото круче.
- Ты старче, куда завел нас, аль сам заплутал? - спросил главный.
- Да вона, деревище большое видите, грозой разбитое, тама болото, но под водой гать проложена, а за ней полянка и монастырь. Вона, кумпол отселе видать.
Услышав про монастырь, кинулись поляки к болоту, в надежде пройти по гати и утопли. А старший из них, схватил старика за ноги и потащил за собой в трясину.
Кстати сказать, звали старика Иван Сусанин. С тех пор имя и фамилия его стали на Руси нарицательными. Как не по той дороге пошли, так сразу: «Куда ведешь, Сусанин?» А кого вел Сусанин и куда вел, все уж и позабыли давно.
За Михаилом Федоровичем вскоре прибыли посольские из Москвы знатных фамилий, перед которыми Марфа устоять не могла. Взяла Марфа в руки старинный образ в золоченом окладе Феодоровской Божией Матери и благословила сына молитвой на царство: «Се, Тебе, о Богомати Пречистая Богородица, в Твои Пречистеи руце, Владычице, чадо свое предаю, и якоже хощеши, устроиши ему полезная и всему православному христианству».
С тех пор в Доме Романовых самой почитаемой считается Феодоровская Матерь Божия. Все Романовы венчались на престоле, как и Михаил Федорович, в Успенском соборе Московского кремля и всех их благословляли Феодоровской иконой. Но про старика Сусанина, который проложил сердцем дорогу к престолу, никто не вспоминал. Да Бог с ними, зато народ помнит.
Список Феодоровскоц иконы Божией Матери монахи Ипатиевского монастыря с трепетом передали православным верующим Кыргызстана благодаря расторопности Епископа Бишкекского и Кыргызстанского Феодосия. Икона для празднования Царских дней успешно прибыла в Бишкек 19 мая, и любой верующий может увидеть ее в Свято Воскресенском соборе.
Лариса Илларионова
